Вялотекущее

Sep. 25th, 2017 09:17 pm
rexy_craxy: (galley_slave)
[personal profile] rexy_craxy
А давно ВашингтонскийОбком(ТМ) дал свисток туземным опсосам поменять алгоритмы PPP? Ныне ни с одной, пардон, опсосной сукой старые pppd-скрипты не работают -- с любым модемом, под любым дистром ("Could not determine remote IP address", ЕВПОЧЯ). 2.5 дня разбирался, как дальше жить. Разобрался, конечно. Но ни на одном сраном форуме (про сайты опсосов вообще помолчим) про это ни слова. Шо за хэ?
anlazz: (Default)
[personal profile] anlazz
В прошлой части было показано фундаментальное отличие современного мира от того, каким он был еще лет сто назад. А именно – исчезновение прислуги и последующее после этого изменение быта. Подобный момент кстати, очень интересен на фоне известного утверждения о росте «сферы услуг» после Второй Мировой войны, поскольку в реальности можно говорить чуть ли не об обратном. (Слуги в довоенное, а особенно – в дореволюционное время – составляли значительную часть низших классов. Особенно если рассматривать их число по отношению к количеству хозяев.) Впрочем, подобным вопросом отдельно – особенно, в том плане, что стоит разделять время до падения СССР – и после него, тут же стоит обратить внимание на нечто иное. (Ради чего, собственно, данная тема и была поднята.) А именно, на то, что случившаяся перемена прекрасно показывает, насколько сильно человек может изменить свою общественную и личную жизнь, при этом абсолютно не осознавая это.

Поскольку мир с прислугой и мир без прислуги отличаются кардинально – причем, в самых, казалось бы, простых и близких каждому вещах. Например, в организации быта – в том, как и что человек ест, во что одевается, где проживает и т.д. Более того, рассматривая указанную проблему, можно прекрасно увидеть, в каком направлении происходят данные изменения. А именно – то, что исчезновение слуг привело к значительному упрощению и деритуализации жизни. Причем, случилось подобное только в СССР – где сознательно строилось «общество без слуг» - но и в других развитых странах, где под советским воздействием «всего лишь» поднялась средняя зарплата трудящихся. Но этого оказалось достаточным для того, чтобы столетиями господствовавшие обычаи и правила оказались отброшенными. На самом деле, конечно, не стоит сводит все изменения мира, случившиеся после 1917 года, исключительно к отказу от прислуги. Они, разумеется, были намного шире – но смысл имели примерно одинаковый: прагматизация человеческой жизни, замена «вековых традиций» на разумную организацию.

Впрочем, подобная тенденция прослеживается еще со времен Великой Французской Революции, когда «буржуазная скромность» пыталась противопоставляться аристократической расточительности. Но до середины XX века указанный процесс протекал не только достаточно медленно, но и порой меняя свой знак – поскольку буржуа, забрав власть у аристократии, довольно быстро перенимали и ее привычки. Этому не помешала пресловутая «протестантская этика», которую до сих пор считают главным ограничением против «мотовства», а равно – и иные попытки религиозных и прочих проповедей «честного образа жизни». А вот экономическое изменение мира, произошедшее под действием увеличения прав рабочих, довольно быстро заставило представителей «обеспеченных слоев» сменить свое отношение к жизни. (Разумеется, самая верхушка продолжила существовать по старому, с аристократической роскошью и аристократическим распорядком. Но даже ей пришлось смириться с «демократизацией» множества сторон жизни – начиная от моды и заканчивая правилами ведения деловых контактов.)

* * *

И это при том, что никто физически никто никого не заставлял и не принуждал! Read more... )

Мир без прислуги

Sep. 24th, 2017 10:18 am
anlazz: (Default)
[personal profile] anlazz
В продолжение разговора об изменениях, произошедший в советское время – причем, не только у нас, но и во всем мире под воздействием СССР – хочу отметить один интересный момент. Причем, интересный не только в ретроспективе, но и, если так можно сказать, в перспективе – причем, перспективе достаточно важной. Но об этом будет сказано несколько позже – сейчас же стоит указать, в чем же состоит указанное изменение. А состоит оно в том, что в современном мире практически исчезло понятие «прислуги». Разумеется, можно возразить, что это не так – что прислуга реально осталась, и прекрасно себя чувствует –разумеется, в богатых домах. Однако это совершенно иное – причем, по двум причинам. Во-первых, потому, что подобных домов сейчас немного. А, во-вторых, потому, что современная «прислуга» представляет собой в большинстве случаев банальных наемных работников, занимающихся пусть практически тем же трудом и имеющих практически те же трудовые отношения, как и работающие в иных местах.

В то же время как еще сто лет назад ситуация была противоположной. В это время практически везде наличие прислуги отнюдь вовсе не являлось признаком какого-то особого богатства. Скорее наоборот – ее отсутствие означало такую крайнюю бедность, о которой стеснялись говорить. Потому, что все, более-менее обеспеченные граждане имели своих слуг, даже те, которые – по тогдашним меркам – считались небогатыми. В результате чего в той же Англии викторианской эпохи в услужении было более 1,5 млн. человек – при общей численности населения порядка 30 млн. (В обоих случаях речь идет именно об Англии, а не о Великобритании со всеми ее колониями.) Если учитывать то, что весь рабочий класс в данной стране составлял около 8 млн. человек, то можно понять, насколько широко была распространен подобный тип заработка на хлеб в то время.

И разумеется, подобная ситуация могла значить только одно. То, что оплата труда прислуги была очень и очень низкой. В подавляющем большинстве случаев она была ниже той, что получали рабочие на фабриках. (Правда, считалось, что условия труда прислуги были легче – но насколько подобное соответствовало реальности, будет сказано ниже.) Более-менее сносным было положение только «элиты» данного слоя – прислуги наиболее в богатых и знатных домах. Большинство же слуг довольствовались очень скромным жалованием. Правда, это, в определенной мере, компенсировалось тем, что хозяева предоставляли им место проживания и какую-то кормежку – в результате чего большинство представителей данной профессии, как правило, не просто состояли в трудовых отношениях со своими работодателями, а буквально «вживались» в жизнь его семьи. Правда, на самых низких правах – практически, сравнимых с жизнью рабов или крепостных в недалеком прошлом.

Что же касается борьбы за свои права… Ну, тут вообще говорить нечего – если промышленные рабочие могли своей борьбой хоть как-то ограничивать произвол работодателей, то у прислуги, понятное дело, подобной возможности не было. В итоге ей оставалось терпеть любые выходки хозяев – или увольняться «в никуда», на переполненную улицу, где. Да еще и рискуя получить нелестную характеристику, устроиться с которой на более-менее приличное место было невозможно. И это, кстати, в самой развитой стране своего времени, где было чартистское движение и тред-юнионы. В иных государствах – к примеру, в Российской Империи – ситуация была еще хуже. Прислуга тут зачастую буквальным образом «работала за еду». А точнее – за объедки с «барского стола». Read more... )

anlazz: (Default)
[personal profile] anlazz
Позволю себе временно отойти от проблемы дефицита – и обратиться к несколько иной, хотя и связанной теме. А именно – к тому, что в прошлой части было обозначено, как «невидимая» или неосознаваемая инфраструктура. Напомню, что инфраструктурой именуется огромное количество разнообразных систем, напрямую не входящих в состав производственного предприятия, но жизненно важных для его работы. Это, например, разнообразные «коммунальные системы». (Именуемые так по традиции – хотя, как можно понять, обеспечивающие жизнедеятельность не только жилищного фонда, но и промышленности.) Это самый разнообразный транспорт – от железных дорог до нефте- и газопроводов. Это, наконец, производство разнообразного сырья и стройматериалов, обеспечивающих возможность развертывания новых промышленных мощностей и функционирование старых.

Особенностью указанной инфраструктуры является то, что важность ее, в общем-то, неоспорима: мало кто будет отрицать, что завод или фабрика способны работать без электричества или транспортных путей. Хотя находятся и такие – особенно среди апологетов «свободного рынка», для которых вообще существует только один ресурс: деньги. С их точки зрения если есть последние, то все остальное можно купить. (То, что очень часто покупать просто нечего, поскольку ничего еще не построено, подобная точка зрения не учитывает.) Но данное представление, к счастью, не является господствующим – особенно после того, как на ее основании неоднократно пытались действовать в последние десять лет. (С одним и тем же нулевым результатом.) Тем не менее, указанная «железная инфраструктура» - то есть все эти дороги, трубопроводы и линии электропередач – это только самая вершина указанной области. В том смысле, что существует еще более важная сущность, необходимая для нормальной работы индустриальной экономики – но при этом еще менее «видимая».

* * *

Речь идет о том, что может быть обозначено, как система воспроизводства человека. Точнее сказать, человека квалифицированного – поскольку именно последний и требуется для индустриальной экономики.Read more... )
Но самое интересное тут то, что дальнейшее развитие общества показало, что именно подобная система является даже не оптимальной для этого самого развития, а жизненно необходимой для него. В том смысле, что именно подобное бережное отношение к рабочей силе позволяет осуществить дальнейшее усложнение производственного процесса и рост его эффективности. То есть – после достижения определенного уровня прогресс становится возможным только при наличии дорогой и качественной рабочей силы. Без нее – указанный порог непреодолим. Подобный момент крайне важен в плане понимания социодинамики, в том числе, и таких неординарных ее моментов, как «откатов в прошлое» и катастрофических переходов – то есть того, что происходит прямо сейчас и ждет нас в ближайшее время. Но об этом, разумеется, надо говорить отдельно. Тут же стоит обратить внимание на другое – на то, насколько много привычных для нас вещей увязывается с указанной областью, в которую входят школы и ПТУ, техникумы и институты, и больницы и поликлиники. А так же т.н. система «общественной гигиены», начиная с санэпидемслужбы и заканчивая строительными нормами и правилами. Кроме того, именно к ней «примыкают» институты разного рода «социального обеспечения», начиная с пенсий и заканчивая всевозможными службами «общественного призрения».

В результате чего мир изменился фундаментальным образом – в том смысле, что подавляющее число людей в нем стали более-менее здоровыми. Это звучит странно на фоне привычных заявлений о том, что современный мир погружается в пучину разнообразных болезней, не известных нашим предкам – но стоит понимать, за указанный процесс идет за счет банального снижения смертности. Иначе говоря, раньше – до того, как была развернута система массового здравоохранения – любая, самая ничтожная болезнь могла отправить человека в гроб. И выживали лишь «сильнейшие». Впрочем, даже человека с железным иммунитетом не на долго хватало за счет почти полного игнорирования проблем производственной безопасности и общественной гигиены. Так что единственной возможностью существования данной системы было наличие огромного людского резерва, связанного с перенаселенностью традиционного общества в момент перехода к индустриальному устройству. За счет того, что рост производительности сельского хозяйства на какое-то время сделал ненужными большинство сельских жителей – и им ничего не оставалось, как идти на любую, даже самую опасную работу.

То есть – единственным основанием для существования мира выступало наличие огромных человеческих страданий, того самого Инферно, которое в это время достигало невероятных величин. Но именно это и привело к гибели указанного мира, и замены его другим, гораздо более гуманным и удобным. Впрочем, тут мы опять переходим к вопросам социодинамики, причем достаточно сложным и неочевидным, которые надо рассматривать более подробно. Тут же стоит обратить внимание на нечто другое – а именно, на то, насколько фундаментальным изменением мира может рассматриваться строительство той самой системы воспроизводства человека, о которой идет речь. И одновременно – насколько сложным и дорогостоящим является этот процесс. А ведь именно он и занимал основное время существования Советского государства – начиная с 1920 годов и заканчивая где-то концом 1970. Поскольку именно тогда можно было говорить о завершении того «преображения быта», которое началось с момента Революции. Разумеется, даже первые шаги Советской власти в указанном направлении привели к значительному снижению количества страданий – и одновременно к возможности перехода к более высоким технологиям. Но более-менее полно охватить ими все имеющееся население удалось только через несколько десятилетий.

Поскольку для этого требовалось построить широкую сеть образовательных и медицинских учреждений – всех этих детских садов, школ, поликлиник, больниц, развернуть огромную систему рекреационного отдыха – всех этих санаториев, профилакторием, турбаз и т.д., а так же привести окружающую реальность под строгие нормы социальной гигиены и санитарных норм. Да, пока еще не везде – но, по крайней мере, задать данной системе четкое направление своего развития. И тем самым – открыть путь к появлению еще более квалифицированной рабочей силы, должной, по сути, изменить саму основу общественного производства. К тому самому переходу от привычного нам индустриализма с массовым монотонным трудом к тому, что можно именовать «сверхиндустриализмом», или даже постиндустриализмом – разумеется, в хорошем смысле.

* * *

Если бы этот переход произошел – то мир приобрел бы совершенно иные очертания. Но, к сожалению, в реальности все пошло совершенно не так – по целому ряду объективных и субъективных причин, о которых надо говорить отдельно. В результате чего данная система оказалась избыточной для современного состояния– хотя ее плодами мы пользуемся до сих пор. И вся наша жизнь, позволяющая проживать не так, как, например, проживает большинство обитателей стран «настоящего» Третьего Мира (вроде Бангладеш или Бразилии) связано именно с этим моментом. Но это, разумеется, уже однозначный «не в коня корм», поскольку не только развивать, но даже воспроизводить данную систему наш мир уже не может. (Причем, относится этот момент не только к бывшему СССР – но вообще, ко всем развитым странам, в свое время изменявшимся под действием «Тени СССР».) Тем не менее, даже сейчас не стоит забывать о том, за счет чего наша жизнь отличается от жизни тех же бангладешцев – или наших предков, обитавших в той самой «России, которую мы потеряли». А равно – и о том, что нас ждет, если мы все же доживем до того момента, когда указанная система разрушится окончательным.

Ну и разумеется, стоит понимать, что если указанная сущность является настолько «стойкой», что до сих пор, через почти три десятка лет после отказа от развития, продолжает удерживать нашу жизнь от дальнейшего падения в бездны Инферно, то следовательно на ее создание должно было уйти в свое время немало сил и средств. Тех самых, которые мы бездарно тратим на свое потребление – причем, достаточно бездарное и, в большинстве своем, виртуальное. Впрочем, сказано это было вовсе не для того, чтобы в очередной раз попрекнуть наших современников «потреблятством» - а для совершенно другого. Для того, чтобы дать понять, какие проблемы нас ждут тогда, когда придется снова переходить от проедания созданных ресурсов – в том числе, и указанной системы – к новому витку развития. А то, что подобный переход произойдет – нет никаких сомнений, это вытекает из особенностей социодинамики человеческого общества. На этой оптимистической ноте и позволю себе закончить…


anlazz: (Default)
[personal profile] anlazz
Продолжим разговор о дефиците и его особенностях.

Представление о том, что для ликвидации недостатка того или иного товара (или иного предмета потребности) необходимо просто увеличить производственные мощности по его выпуску, крайне популярно. Впрочем, нет – речь идет даже не о популярности, а о том, что оно кажется настолько банальной истиной, что любое сомнение в его верности воспринимается, как бред. Ну, в самом деле, если нет дома – то надо его построить, если нет огурцов – то надо их вырастить. Это даже не азбука, а нечто более примитивное и фундаментальное, что-то из детского сада – когда ребенок познает базовые основы существующего мироздания и понимает, что необходимо вначале построить домик из кубиков, а уж затем в него играть.

И, тем не менее, к современному индустриальному производству подобное утверждением применимо весьма условно. Тонкость тут состоит в одном – в недоучете сложности указанного процесса. Сложности современного производства, которое намного выше, нежели выращивание огурцов или даже постройка собственной избы. Ведь для нормальной работы любого, более-менее приличного предприятия требуются согласованные действия множества людей, обеспеченных множеством самого разнообразного оборудования. А самое главное – для всего этого требуется то, что принято именовать инфраструктурой. То есть – огромное количество самых разнообразных обслуживающих систем, не входящих непосредственно в состав завода или фабрики, но жизненно необходимых для их работы.

То есть, при отсутствии этой самой инфраструктуры (или ее недостаточности) никакое современный сложный производственный процесс работать просто сможет – как не старайся. И даже непосредственное вложение средств в имеющееся оборудование и персонал – то есть, непосредственно в предприятие – тут не поможет. Потребуется нечто большее, так как без «внешнего снабжения» - скажем, электричеством или водой – вся эта совокупность людей и машин окажется бесполезной. Именно поэтому крупные индустриальные центры представляют собой, помимо всего прочего, сложные совокупности самых различных «коммунальных» систем. (Впрочем, оспаривать данный факт вряд ли кто будет. Хотя – если вспомнить разного рода любителей «похрустеть французской булкой», то можно усомниться в банальности данной мысли. Ведь они постоянно уверяют, что в «доиндустриальную эру» русские крестьяне собирали больше зерна, нежели «индустриальные» советские колхозники. Но это уже клиника.)

* * *

Тем не менее, стоит понимать, что одними «коммунальными» проблемами инфраструктура не ограничивается.Read more... )
В подобной ситуации так просто взять – и начать производить новую продукцию – наподобие того, как это делается в компьютерных играх – тут не получится. (Даже если формальные средства и ресурсы уже имеются.) Вместо этого потребуется долгая подготовка – с учетом всех важных факторов. И только если повезло, и нужная инфраструктура уже создана – то можно говорить о возможности решения проблемы с производством силами одного только предприятия. Но это самое «повезло», в России-СССР, где всегда (начиная с Петра Великого) приходилось иметь дело со слабо развитой инфраструктурой – случается очень редко. Поэтому тут развертывание нового производства всегда оказывалось очень и очень проблемным. Тем не менее, поскольку делать это все равно необходимо, то имеющиеся ресурсы у нас всегда стараются – а точнее, старались – использовать по максимуму. Причем, достигали в подобном деле достаточно высокого совершенства. Скажем, создание Единой Энергетической Системы позволило мобильно оперировать имеющейся электроэнергией в условиях сложного производственного ритма – обеспечивая переброс огромных электрических мощностей на расстояния в тысячи километров. Подобное оперирование электроэнергией позволяло существовать промышленности, сходной с европейской при меньшем количестве генерирующих мощностей. Или, например, полная автоматизация управления железнодорожным транспортом – что не было реализовано нигде в мире – давала возможность пропускать порядка 10 поездов в час. 1 поезд в 6 минут! В результате огромное количество грузов перемещалось на огромные расстояния при намного меньшей совокупной плотности дорожной сети. (Стоя в пробке за огромной «фурой», будет полезно вспомнить этот факт.)

То же самое можно говорить и про все остальное. Максимальное использование при минимуме резерва. Однако, при всей эффективности данной системы, она имела и очевидный недостаток. А именно – как уже говорилось, для запуска производства новых товаров было недостаточно просто поставить требуемое оборудование и нанять людей. Очень часто для требовалось вкладывать средства и в соответствующую инфраструктуру. Именно указанным фактором, в основном, определялась та самая «неповоротливость» советской промышленности, которая антисоветчиками приписывается пресловутой «административно-командной системе». Впрочем, не только ими - к концу существования страны эта идея стала всеобщей. Что и привело к крайне неприятным последствиям - в том смысле, что была сделана попытка увеличить «мобильность» советской экономики. Что в имеющихся условиях привело ее буквально к катастрофе. Причем, не только в переносном плане – к примеру, на том же транспорте «перестроечная активность» вызвала цепь реальных катастроф с многочисленными жертвами. (Просто потому, что из и так нагруженной по максимуму транспортной сети стали пытаться выжать еще большую эффективность.)

И разумеется, никакой пользы от всего этого не получилось – что прекрасно показывает, что при полном непонимании работы той или иной системы любые действия ведут только к ее ухудшению. Впрочем, это так же достаточно очевидно, так же, как очевидно и то, что использовать имеющуюся в СССР систему при высоком уровне хаотичности планирования – характерной для рыночной экономики – было невозможно. Поэтому пресловутые «рыночные реформы» привели исключительно к катастрофичным последствиям: падению уровня производства, причем для самого сложного – в разы, уменьшению уровня жизни, росту смертности и т.д. Правда, после всего этого появилась и известная инфраструктурная избыточность, что позволило перейти к иному – более хаотическому - типу организации общества. (По умолчанию намного более простого – но и более мобильного.) К тому, который мы имеем сейчас – и который многими противопоставляется советскому, как более эффективный и совершенный.

* * *

Впрочем, указанная избыточность, как можно догадаться, тоже не вечная – в том смысле, что инфраструктура ветшает, разрушается и т.д. Причем, чем дальше – тем больше. Поэтому, может оказаться, что со временем даже текущий уровень развития производства будет невозможно поддерживать без значительных капиталовложений. (Что можно увидеть на том же транспорте – куда сейчас начали вкладываться значительные средства. Поскольку становится понятным, что иначе нас ждет коллапс.) Впрочем, все вышесказанное относится не только к «физической» инфраструктуре – то есть, к дорогам, высоковольтным линиям, трубопроводам и т.д. Гораздо важнее другое – та самая «невидимая» часть, о которой говорилось выше. Для которой –поскольку она менее осязаема, нежели асфальт или трубы – указанная опасность недофинансирования и вообще, игнорирования, еще больше, нежели в «железном секторе».

Но об этой проблеме будет сказано несколько позднее…


инфинити

Sep. 21st, 2017 01:02 am
kommari: (Default)
[personal profile] kommari

- Какое желание тебе исполнить, Наташенька? - спросила Золотая Рыбка.

- Хочу... Хочу быть рядом со Святым Государем Императором в самый значительный момент его жизни! И чтобы это длилось бесконечно.

- Изволь же!

***

На потолке висела тусклая лампочка, было тесно. Но она стояла между Государем и Государыней! Ее мечта сбылась. От счастья перехватило дыхание...

Какой-то неприятного вида мужчина, не обращая на нее ровно никакого внимания, прочел по бумажке:

"Николай Александрович! Ваши августейшие родственники хотели вас спасти, но им этого не пришлось, и мы должны вас расстрелять сами".

После этого другие не менее неприятные люди, стоящие рядом с ним, вынули из карманов револьверы и начали стрелять. Одна из пуль попала ей в голову.

На потолке висела тусклая лампочка, было тесно. Но она стояла между Государем и Государыней! Ее мечта сбылась. От счастья перехватило дыхание...

...Одна из пуль попала ей в голову.

На потолке висела тусклая лампочка, было тесно. Но она стояла между Государем и Государыней! Ее мечта сбылась. От счастья перехватило дыхание...

...Одна из пуль попала ей в голову.

...Одна из пуль попала ей в голову.

...Одна из пуль попала ей в голову.

anlazz: (Default)
[personal profile] anlazz
Был ли в СССР дефицит? Разумеется, был – и более того, он не мог не быть. Просто потому, что иное бы означало тот факт, что советские ученые все-таки открыли знаменитый философский камень. В том смысле, что научились получать все из ничего. (Впрочем, это будет уже не  lapis philosophorum, а какая-то волшебная палочка.) Поскольку в ином случае обеспечить наличие всего для всех было бы невозможным. А ведь любое иное состояние и является дефицитом. Поэтому обвинение Советского Союза в том, что он не мог сделать подобное, выглядит смешным. Правда, ведя речь о дефиците в СССР, обыкновенно оговаривают, что имею в виду не отсутствие полного обеспечения всеми желаемыми товарами, а то, что не было «самого необходимого». Под последним, впрочем, подразумевают все, что угодно – начиная от туалетной бумаги и заканчивая пластинками Pink Floyd. Но это все не важно - поскольку главным в подобных утверждениях является вовсе не это – а то, что они должны показать однозначное преимущество современной системы над советской. И, как правило, показывают – а точнее, показывали. По крайней мере, в течение первых пяти-десяти лет «новой России», при всеобщей нищете и развале, именно полные прилавки магазинов служили главным источником легитимности существующей власти.

Собственно, и сейчас мало что изменилось. Не в плане обеспечения легитимности, конечно – тут нынче работают иные механизмы – а в плане того, что до сих пор одним из главных преимуществ существующей экономической системы рассматривается тот факт, что в ней невозможно существование пресловутых «пустых полок». И это до сих пор кажется железным аргументом в плане «борьбы с совками». Однако все ли так просто? Разумеется, нет. Скорее наоборот, поскольку стоит рассмотреть этот самый «железный аргумент» повнимательнее, и станет понятно, насколько странно он выглядит. Ну, в самом деле – ведь после гайдаровских реформ магазины реально наполнились товарами. Однако никаких новых мощностей по их производству в это время не создавалось. Более того, уже в 1992-1993 году актуальным стало полностью противоположный процесс – деградация все большего числа производств. Одна проблема с оборотными средствами, созданная пресловутыми «реформами», нанесла функционированию предприятий такой удар, от которого оправиться удалось далеко не всем. А ведь был еще развал Союза, приведший к уничтожению хозяйственных связей – что так же не пошло на пользу производству. В итоге даже ВВП – показатель сам по себе довольно лукавый – перешел от падения к росту только через восемь лет после начала «реформ», в 1999 году.

<DIV style="TEXT-ALIGN: center">* * *</DIV>
Но тогда что же привело к наполнению еще недавно девственно пустых полок магазинов при том, что физически продукции производилось гораздо меньше? Какую же волшебную палочку или lapis philosophorum нашла «гайдаровская команда»? Да очень и очень простую – настолько примитивную, что страшно даже представить. Прямо-таки относящуюся к задачам для начальной школы. Ну да – классический вопрос о бассейне с двумя трубами, по одной из которых вода наливается, а по другой – выливается. В результате чего получить высокий уровень в нем можно не только увеличивая приток, но и уменьшая отток. То есть – наполнить магазины товарами можно не только путем роста их производства, но и путем снижения потребления. Что и было сделано. Правда, тут есть одно важное отличие: вода в бассейне реально нужна – ну, например, для того, чтобы поплавать. Товары же на полках магазина, как правило, никакой полезной функции не выполняют.<lj-cut> Более того, они, как правило, тут приносят только убытки – например, занимая полезную площадь и приводя к омертвению капиталов. А еще – банально портятся, что особенно актуально для продуктов питания. В результате чего указанное изобилие оказывается не только бесполезным, а однозначно вредным.

И одновременно с этим подавляющая масса людей оказывается лишенными возможности использовать эти товары в своей жизни. То есть: все то, что лежит на полках магазинов и занимает пространство витрин, становится для них исключительно виртуальным явлением. В принципе, замени все это на компьютерную графику или восковые фигурки – разницы не будет никакой: насытиться 100 сортами колбасы, которую невозможно купить, так же трудно, как той же колбасой, показанной на экране телевизора. То есть, преодоление дефицита оказалось очень и очень странным: товар, который до 1992 года все же попадал в руки потребителей, теперь стал накапливаться в торговых точках, порой полностью теряя свои потребительские свойства. Кстати, забавно – но в те же 1990 годы порой можно было увидеть абсурдную ситуацию, состоящую в том, что «непорченные» продукты никто не брал из-за высокой цены, а вот просроченные и гнилые, но уцененные – вызывали ажиотаж. (У тех же пенсионеров – все лучше, нежели в мусорных ящиках копаться.) Сейчас, разумеется, это стало несколько более завуалированным – в том смысле, что «тухлятину» не продают прямо, а отправляют на «переработку»: выпускают из нее разнообразные полуфабрикаты и «готовую еду». (В общем-то, относительно безопасную благодаря тепловой обработке.) Хотя и разного рода «секреты гипермаркетов», состоящие в придании «товарного вида» испорченным веща, так же популярны.

Но, в целом, более актуальным стал иной путь. А именно – вместо того, чтобы ждать, пока товар потеряет свою ценность через «вылеживание» на торговых площадях, его сразу делают «порченным». В том смысле, что снижают себестоимость через однозначное ухудшение качества. Примеров тому море: тут и известное «осоевение» колбасы, превращающее ее из мясного вначале в «мясосодержащий», а затем – и в «мясоимитирующий» продукт. (Причем, теперь иногда речь идет о снижении содержания уже сои – путем замены ее на более дешевые наполнители!) И в переходе к более дешевым тканям в той же одежде – в результате чего время носки ее сокращается в разы. И в снижении толщины металла в автомобилестроении. И в массовой замене «натуральных материалов» «синтетическими» во всем, что можно – причем, проблема состоит не в синтетике, как таковой, а в том, что эта самая синтетика изначально полагается самой дешевой из возможных. Да и вообще, такой параметр, как долговечность, современным производством чем дальше, тем больше отодвигается на задний план. В результате чего мир наполняется множеством дешевых, но «одноразовых» вещей.

А приобретение дает теперь вместо «окончательного» удовлетворения имеющихся потребностей лишь короткое их «насыщение». После чего нужно будет начинать все сначала. Причем – вопреки заявлениям маркетологов – эти самые непрерывные покупки дешевых вещей в совокупности&nbsp; оказываются гораздо дороже, нежели гипотетическое одноразовое обзаведение изначально качественным товаром. То есть, можно сказать, что подобная форма «борьбы с дефицитом» в реальности представляет всего лишь «размазывание» последнего по времени – в результате чего сил и средств на его получение уходит не меньше, нежели в условиях советской «пустоты магазинов». Впрочем, в том, что касается изначально дешевых и недолговечных вещей – вроде туалетной бумаги или женских прокладок – данная ситуация может только радовать. Но вот уже с продуктами, как было сказано выше, получается гораздо хуже – поскольку хоть продукты и дешевые, но человеческий организм, который их воспринимает, довольно дорогой. В результате чего количество заболеваний органов пищеварения непрерывно растет, а так же растут фатальные исходы из-за них – несмотря на все достижения медицины последних десятилетий.

<DIV style="TEXT-ALIGN: center">* * *</DIV>
То есть, можно говорить не о преодолении дефицита – а о иллюзии данного преодоления, когда в реальности он&nbsp; не только не уменьшился, но еще и вырос. Причем, изначально, в 1990 годы – до чудовищных пределов. (Поскольку ничего другого в условиях резкого падения производства просто быть не могло.) Правда, впоследствии – при наступлении «сытых нулевых» - уровень недопотребления несколько понизился. Что связано, в определенной мере, с ростом цен на нефть и появившимися у государства и бизнеса деньгами – последнее позволило, например, вывести те же доходы «бюджетников» из тотальной нищеты в более-менее приемлемую бедность. Но в еще большей степени тут сыграл фактор упомянутой выше «порчи товаров», сознательного снижения их качества и себестоимости, приведший к заполнению полок магазинов уже не недоступными большинству, но качественными вещами – а дешевыми суррогатами. (Впрочем, данный процесс начался еще в 1990 годы – с появлением «турецкой одежды» и «китайской техники», сделанных из откровенных отходов производства с соответствующим качеством.) То есть – народ откровенно накормили говном, дав ему убеждение, что он в реальности ест конфеты…

Впрочем, все это довольно очевидно, и единственная причина, по которой данное состояние считается нормальным, состоит в том, что никакой альтернативы ему реально нет. То есть, разумеется, можно тратить свои силы и время в плане поисков «нормальных продуктов», «нормальных товаров» (и даже можно их найти) – но не у всех есть это время и силы. Это для позднесоветского&nbsp; человека нормальным было «сбежать с работы», потому, что где-то «выбросили дефицит». Сейчас подобный фокус закончится, в лучшем случае, лишением премии. Ну, а о том, чтобы мотаться в другой город за товарами сейчас вообще нет речи. (Хотя иногда это реально действенный метод – «порча» проистекает неравномерно, порой создавая иллюзию своего отсутствия.) Более того, даже пресловутая «дача» - как источник натуральной еды – сейчас гораздо меньше доступна, нежели лет двадцать назад. (Когда тот же транспорт был дешев и доступен.) Поэтому большинство потребляет то, что есть – и старается не задумываться о качестве…

Однако если бы дело ограничивалось только вышесказанным – то проблема была бы еще не так серьезна. Ну, едят многие «доширак» при заваленных полках магазинов – правда, в большинстве своем, тем же аналогом «доширака» в других ценовых категориях – и пусть едят. В конце концов, с голоду никто не умирает! (А если человек реально хочет и может – то он даже имеет возможность купить реально качественные вещи. Да, затратив средства и силы – но ведь возможность выбора же!) Тем не менее, стоит понять, что&nbsp; современный «недифицит», помимо «порчи товаров» несет и еще кое-что. То, что действительно может привести к самым серьезным последствиям – в том числе, и к реальным голодным смертям, когда даже пачка быстрорастворимой лапши покажется сокровищем. Речь идет о прогрессирующей деградации самой глубинной инфраструктуры современного общества, о продолжающемся разрушении т.н. «больших систем», лежащих в основании современного производства. Эта самая деградация неминуемо подтачивает даже то, что еще осталось от «прошлой жизни», что сохраняет хоть какое-то качество. Впрочем, и систему производства «порченных товаров» она разрушает так же – как не удивительно подобное звучит.

То есть – в грядущей перспективе вырисовывается что-то совсем уж невообразимое. Правда, не стоит пугаться – как правило, подобная ситуация с «заходом в экстремумы» означает только то, что существующая система заменяется на что-то иное. Однако об этом будет сказано несколько позднее…
</lj-cut>
<lj-like />
<A href="http://www.livejournal.com/friends/add.bml?user=anlazz"><IMG title="" src="http://ic.pics.livejournal.com/anlazz/62128340/111137/111137_original.png" align=left></A>
anlazz: (Default)
[personal profile] anlazz
Прибыл из отпуска и собирался уже писать «отпускной пост», как вдруг…

Впрочем, нет, не вдруг – поскольку френдленту я все равно читал, то видел ту реакцию, которая была вызвана пресловутым фильмом «Матильда». А точнее – тем воздействием, который он вызвал в российской «околорелигиозной» среде, выразившимся, в том числе, в крайне агрессивных действиях разного рода религиозных фанатиков. (Например, из пресловутой организации «Христианской государство – Святая Русь» - выбравших тактику террора против упомянутого кинематографического творения.) Все это выглядит довольно странно по отношению к ничтожному, по сути, поводу: отечественной киноподелке, которую, по умолчанию, забудут через пару-тройку недель после премьеры. (Как говориться, «наше новое кино» - это судьба. Причем, судьба крайне специфичная.) Так что известные домыслы, что упомянутый скандал организовал сам Учитель для пиара указанного творения, кажутся на этом фоне вполне разумными.

Точнее, казались – до определенного предела, после которого стало ясно, что тут мы имеем дело с процессами намного более интересными, нежели пиар акция фильма, депутата Поклонской  или решение российского руководства отвлечь граждан этим скандалом от намного более серьезных проблем. Впрочем, об этом будет сказано несколько позднее. Пока же обратимся к «следующему слою» данной истории, а  именно – к тому, что указанная реакция «консервативных сил» в свою очередь вызвала реакцию уже среди левых. В качестве последней можно привести  пост уважаемого товарища Реми Майснера, а так же множество подобных публикаций, показывающих, что изначальный курс на неучастие левых в творящемся «матильдобесии» оказался реально невозможным. И что после поджогов автомобилей и угроз взрыва кинотеатров считать российских «ультраконсерваторов» смешными клоунами, а проводимые ими акции – тупым пиаром – было бы глупым.

Все это верно –спорить с утверждением товарища Реми о том, что указанные «православные боевики» есть опасное явление, нет смысла. Однако хочу отметить, что в показанной им модели есть один спорный момент, который несколько меняет ситуацию – в том смысле, что делает ее гораздо менее инфернальной. Речь идет о том, что многие товарищи рассматривают «матильдоборцев», да и вообще, всю эту правую религиозную «шушеру», как  основную сила для будущего российского «майдана». Впрочем, не только – тот же Реми делает  акцент на то, что данные радикалы выступают для существующей власти в качестве штурмовиков, способных к подавлению рабочего движения. Что же, позиция вполне понятная, тем более, что исторические претенденты имеются. Правда, есть в указанном представления одна маленькая проблема.  состоит в одном. Состоящая в том, что никакого серьезного рабочего движения сейчас не имеется.Read more... )
Так что если украинские боевики и имели (и имеют) какую-то цель существования, то состоит она в чем угодно, но только не в борьбе с народными возмущениями. Что же касается рабочего движения, то о нем, как о серьезной проблеме говорить на Украине, так же, как и в России, невозможно. Впрочем, если честно, то никакой тайны в существовании пресловутых «правосеков», а так же порожденных ими разнообразных «добробатов», нет. Точнее нет тайны в том, почему они получали значительную поддержку со стороны государственных и коммерческих структур – то есть, того, что превратило их из однозначных маргиналов в ведущую политическую силу. На самом деле, все просто – украинские ультраправые с самого начала рассматривались, как значимый фактор в межэлитарной борьбе. Конкретно – в качестве противостояния пресловутым «донецким». (У последних были свои «бойцы» - те самые «титушки», что были так «популярны» в домайденный период. Но по определенным причинам они оказались менее эффективны, нежели «правосеки».) Именно подобная особенность и стала основой для формирования и «промайданных сил», как таковых, и их «боевых структур» в частности.

И вот тут-то мы и подходим к главному – к тому моменту, который показывает то, в чем реально состоит отличие украинской и российской ситуации – и почему «матильдоборцы», при всей своей мерзости, не являются российским аналогом «Правого сектора». Момент этот очень прост и связан с экономическим состоянием обоих обществ. А именно - капитализм в России имеет очень серьезное отличие от капитализма на Украине. Оно состоит в том, что в РФ существует достаточно серьезный экономический субъект –а точнее, некий конгломерат субъектов – который упрощенно можно представить, как «Газпром-Роснефть». На самом деле, конечно он сложнее – но это не важно в рамках поставленной темы. Важно же то, что данные экспортеры нефти и газа являются игроками мирового уровня, по своей мощи значительно превосходящие любые иные силы. Это позволяет им практически полностью контролировать всю происходящую экономическую жизнь и даже… Даже определять ее сильнее, нежели более мощные, но находящиеся в иных государствах субъекты. Впрочем, тут нам наиболее интересно то, что указанная конструкция практически полностью ликвидирует активную борьбу «за место под Солнцем» – в том смысле, что и так понятно, кто его занимает.

На Украине же подобного «экономического сверхтяжеловеса» не существует – и не существовало никогда. Ни уголь, ни сталь, ни производство минеральных удобрений – в общем, ни одна из «серьезных» отраслей украинского бизнеса не могла дать того могущества, что дает в российских условиях торговля нефтью и газом. (И, например, наибольшую власть в данной стране имеет, смешно сказать, «кондитер».) Поэтому ни один «игрок» не мог получить того полного доминирования над государственным аппаратом, который имеют «сырьевики» в РФ. В результате чего украинская экономическая, и как следствие, политическая жизнь превращается в арену непрерывного «перетягивания одеяла» - в котором установить однозначные правила (т.е. «законность») является невозможным. В РФ, кстати, такая ситуация была в 1990 годы – когда концентрация новообразованного капитала еще не завершилась, и, скажем, владелец относительно небольшой «медиаимперии» Гусинский мог иметь могущество, сравнимое с могуществом той же «нефтянки». В подобной ситуации роль «негосударственных силовых структур» (роль которых у нас играла преступность), была очень и очень велика. Но по мере концентрации капитала стало ясно, «кто в доме хозяин» - то есть, кто определяет жизнь страны.

* * *

Именно персонификацией этого самого «хозяина» и выступает столь «любимый» многими Путин. В том смысле, что он последовательно и планомерно проводит в жизнь политику, выгодную экономическим гегемонам. «Боевикам» в подобной схеме места быть не может. Зачем они – если есть полностью подконтрольный государственный аппарат? Правда, основной массе населения от этого не легче – но в рамках указанной темы данную проблему рассматривать нет смысле. Зато положение российских «праворадикалов» в подобных рамках становится полностью понятным: они в данной схеме не нужны. Равным образом, как не нужен и производимые ими «майданы» - то есть, силовые перераспределения власти. Это, кстати, является главной трагедией «русского национализма»: в том смысле, что представители данного направления однозначно полагают – а точнее, полагали – что способны занимать положения, сходное с положением национальных радикалов в иных постсоветских государствах. То есть, сидеть на подсосе у бюджета или, как минимум на грантах от самых могущественных экономических агентов. Но в реальности этого не произошло – и все попытки данных сил встроиться во власть обидным образом провалились.

Впрочем, некоторые локальные «князьки» в своих локальных вотчинах – там, куда не дотягивается «рука гегемона» - все же подкармливают эту братию. Например, это хорошо заметно на Кубани, да и вообще, на юге России – где нет нефти и газа, а экономика базируется на несколько иных основаниях. Вот там да, оказывается вполне возможной «украинизация» политической жизни – что мы и можем наблюдать.  Но в рамках всей страны  важнее иные проблемы и иные явления. Именно поэтому страх некоторых левых перед «царебожниками» и определение их, как главной опасности для себя, вряд ли имеет смысл. (Ну, и отсюда некоторые «победы» над ними, вроде снятия доски Маннергейму и вообще, борьба с «декоммунизацией» в реальности имеют несколько меньший вес, нежели кажется. Поскольку власти, в целом, наплевать на всю эту возню – главное для нее то, чтобы качались нефть и газ.) Ну, и следовательно, «матильдосрач» вряд ли стоит ставить на то месте, которое он занимает, а депутата Поклонскую считать выразителем какой-то реальной политической силы. Скорее наоборот – в том смысле, что все это представляет очередную попытку «второстепенных игроков» переиграть ситуацию, в смысле, сделать все, как на Украине. Не понимая экономической разницы между обоими системами.

Кстати, в рамках данной особенности не следует забывать того, что Поклонская есть однозначная украинка по восприятию –то есть, человек, выросший в среде активного передела политического и экономического влияния. В том смысле, что данная госпожа однозначно разыгрывает «политический спектакль» украинского толка – то есть, пытается использовать «царебожие» так, как в указанной стране использовали «бандеризацию». Но стать «русской Тимошенко» у нее не получается по известным причинам. Впрочем, подробное рассмотрение указанного феномена («синдрома Поклонской») требует отдельного разговора. Тут же, завершая тему, можно сказать только о том, что никогда не стоит забывать о том, что именно экономические особенности являются определяющими для политики – и именно через них можно понять, насколько серьезной является та или иная политическая сила или политической событие. Ну, и исходя из этого уже планировать свои действия.

Впрочем, это уже, разумеется, совершенно иная тема… 

kommari: (Default)
[personal profile] kommari

Увидено в комментах (поэтому не ручаюсь за точность, но и раньше слышал что-то такое):

"Бюджет Польши в 2016 году должен был составить около 80 млрд. евро. Это для общего понимания. Совсем свежие цифры не нашел, но при этом, например на протяжении 2006-2013 гг. она получала от ЕС каждый год дотации в размере 11 млрд. евро. Напоминаю: ежегодно. В том же 2016 году было сказано, что, по-моему в апреле, им уже успели перечислить "на бедность" 4,3 млрд евро".

Это выплаты Польше за то, что она была в авангарде разрушения восточно-европейского социалистического блока. От благодарного мирового капитализма.

PS. Пишут еще, что долг Польши - 350 млрд. зеленых.

kommari: (Default)
[personal profile] kommari

"Русские, особенно это было характерно в эпоху Советского Союза, часто утверждают, что именно они изобрели многие из наиболее важных технологий современной цивилизации: паровой двигатель, лампочку накаливания, радио, аэроплан, транзистор, лазер, электронную вычислительную машину и многие другие устройства и аппараты. На Западе к этим заявлениям относятся скептически.

Мои исследования российских источников дали удивительные результаты. Русские действительно построили первый в континентальной Европе паровоз и первый в мире тепловоз. Они действительно первыми осветили улицы крупных городов посредством электричества. Они действительно начали передавать радиоволны до Гульельмо Маркони. Они действительно построили первый многомоторный пассажирский самолет, и сделали это всего спустя несколько лет после первого полета братьев Райт. Они действительно первыми вывели новый вид растений способом полиплоидизации. Они действительно были пионерами в области разработки транзисторов и диодов. Они действительно первыми опубликовали работу о принципах действия лазера, на десятилетия опередив всех остальных. И они действительно создали первую в Европе электронную вычислительную машину. Хотя утверждение, что они «изобрели» все эти устройства, не вполне корректно, совершенно очевидно: русских с полным правом можно назвать пионерами в области разработки этих технологий.

Встает важный вопрос: если русские были первопроходцами в этих сферах, то почему же современная Россия остается таким слабым игроком на мировом рынке технологий? Экономика страны в значительной степени зависит от экспорта нефти, газа. За исключением производителей вооружений, космических аппаратов, а также пары компаний – разработчиков программного обеспечения, практически невозможно назвать высокотехнологичную компанию российского происхождения, способную конкурировать на мировом уровне. В долларовом эквиваленте маленькая Швейцария ежегодно экспортирует в три или четыре раза больше высоких технологий, чем Россия. Поиск ответа на этот вопрос навел меня на размышления об одиноких идеях. Почти триста лет Россия рождает блестящие технические решения. И не получает от них никакой выгоды".

Автор книги, Лорен Грэхэм – известный исследователь советской науки, профессор MIT, преподаватель Гарварда, обладатель научных наград и автор книг по истории науки. Он был участником одной из первых программ по обмену учеными между США и СССР (1960 г.) и с тех пор провел множество официальных и неофициальных бесед с русскими учеными,
студентами, предпринимателями.

100 лет тому назад

Sep. 13th, 2017 05:24 pm
kommari: (Default)
[personal profile] kommari

«Марсельеза» оборонцев

Отречемся, друзья, от марксизма,
От доктрины великой, святой.
Нам дороже кумир шовинизма,
Нам не надо борьбы классовой!

Мы пойдем к нашим новеньким братьям,
Мы к Гучкову пойдем в Комитет,
Что нам стоны людей и проклятья,
Что нам Маркса великий завет?

Припев:

Вставай, подымайся, эсдек-патриот,
Иди на врага-иноземца
И бей пролетария-немца…
Вперед, вперед, вперед!

Пусть по фабрикам всем и заводам
Раздается наш голос смелей,
Что иного пути нет к свободам,
Как чрез войны и трупы людей.

Так кричат сам Георгий Плеханов,
Шейдеман, Вандервельде и Гед.
В Государственной думе Бурьянов
Повторяет с трибуны их бред.

Припев...

Не пора ли нам, братья-марксисты,
Позабыть классовую борьбу!
Нас зовут социал-шовинисты
Постоять за буржуев судьбу.

Бросим красное знамя свободы,
И трехцветное смело возьмем,

И свои пролетарские взводы
На немецких рабочих пошлем.

kommari: (Default)
[personal profile] kommari

- Иван, уезжай домой, здесь водки нет, социализм с человеческим лицом, Брежнев сошел с ума, Америка нам поможет, европейские ценности, новое мышление, перестройка и гласность, рыночная экономика, толерантность и политкорректность, демократия и плюрализм! - кричали чехи в 1968 году.

"Идите на хуй!" устало подумал советский солдат.

вдогонку

Sep. 13th, 2017 12:05 pm
kommari: (Default)
[personal profile] kommari
Коммунисты - если они коммунисты, конечно, а не клоуны, в принципе не могут обижаться. Они верят в исторические законы, а там нет места для обид: История дама жесткая.

время обиженных

Sep. 13th, 2017 11:38 am
kommari: (Default)
[personal profile] kommari

Мы живем во время обиженных.

Кто только сейчас не обижен: прибалты, обиженные своим нахождением в СССР, негры, обиженные рабством, отмененным полтора века назад, геи, обиженные тем, что подавляющее большинство людей еще не геи, поляки, обиженные тем, что советские неправильно освободили их от немцев, Поклонская, обиженная тем, что ее кумир спал с Матильдой, русские либералы, обиженные тем, что 86 процентов народа в России их терпеть не может, магометане, обиженные на то, что другим людям по барабану их Аллах, американцы, обиженные маленькими и упоротыми северокорейцами.

Но как обижены на Украине! Это эталон обиженности: на Ленина, на Сталина, на русский язык, на жителей Крыма и Донбасса, на Переяславскую раду, руских царей и историю вообще.

Эпидемия обиженности растет и явно еще не конец, судя по памятникам Колумбу и капитану Джеймсу Куку, которого съели обиженные аборигены.

Русским очень стараются привнести обиженность. Просто от натуги разрываются, попукивая от напряжения, чтобы русские тоже обиделись. Прежде всего на советских коммунистов, конечно, которые обижали всех, кого не походя: попов, буржуев, великосветских паразитов, охотнорядцев-черносотенцев, крепких хозяйчиков-кровососов, салонных поэтесс, либеральных болтунов и мутных философов в фофудье и с капустой в бородах.

Если получится - то русские окажутся в хорошей компании.

Profile

dremon_nl: (Default)
dremon_nl

April 2017

S M T W T F S
      1
234567 8
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 08:09 pm
Powered by Dreamwidth Studios